Почему сентябрь — «седьмой»

Рим, 8 год до нашей эры. Сенат принимает решение, последствия которого переживут сам Рим, Западную Римскую империю и несколько тысяч сменившихся правительств: месяц Sextilis получает новое имя — Augustus, в честь императора Августа. До этого похожая операция уже была проделана с Quintilis, переименованным после смерти Юлия Цезаря в Iulius. Так появились наши июль и август. Неплохой результат для двух актов государственного почитания: империи давно нет, а фамилии её правителей мы по-прежнему произносим несколько раз за лето.

Впрочем, самое любопытное в календаре начинается дальше. Сентябрь происходит от латинского septem — «семь». Октябрь — от octo, «восемь». Ноябрь — от novem, «девять», декабрь — от decem, «десять». Всё прекрасно, кроме одной мелочи: сентябрь у нас девятый, октябрь десятый, ноябрь одиннадцатый, декабрь двенадцатый. Римляне оставили человечеству календарь, в котором четыре месяца как будто разучились считать.

На самом деле считать они умели. Просто счёт когда-то начинался в другом месте.

Названия римских месяцев сохраняют следы очень древней календарной системы, в которой март стоял первым, а последовательность заканчивалась декабрём — десятым месяцем. Античные авторы позднее рассказывали о первоначальном десятимесячном годе и приписывали добавление января и февраля царю Нуме Помпилию. Насколько буквально следует принимать рассказ о самом Нуме, вопрос отдельный: ранняя история римского календаря известна плохо. Но последовательность Quintilis, Sextilis, September, October, November, December действительно очень убедительно показывает, что март когда-то служил отправной точкой счёта. Современные исследователи считают эту старую десятимесячную схему вполне возможной.

И марту такое положение подходило. По-латыни он назывался Martius mensis — месяц Марса. Сегодня Марс прежде всего бог войны, но для ранних римлян его функции были шире: он был связан также с землёй, полями и защитой общины. В Центральной Италии март означал возвращение хорошей погоды, сельскохозяйственных работ и военных походов. То есть год начинался не с необходимости купить новый ежедневник, а с момента, когда снова становилось возможно нормально работать и воевать.

Потом впереди марта появились ещё два месяца.

Январь — Ianuarius — получил имя Януса, одного из самых характерных римских богов. Янус ведал дверями, проходами, началом и переходом из одного состояния в другое. Его знаменитые два лица смотрели в противоположные стороны. Для месяца на границе старого и нового года покровитель подходил почти неприлично хорошо. В русском языке само слово «январь» в конечном счёте тоже восходит к латинскому Ianuarius, хотя пришло через греческую и церковнославянскую языковую традицию.

Но январь далеко не сразу стал тем бесспорным началом года, каким кажется нам. Римские политические и религиозные циклы вообще не всегда начинались одновременно. Точно известно, что с 153 года до н. э. римские консулы стали вступать в должность 1 января вместо 15 марта. Вероятной причиной была вполне практическая проблема: обострение войны в Испании требовало, чтобы новые консулы получили полномочия раньше и могли быстрее отправиться к армии. Иногда календарная реформа начинается не с астрономии, а с того, что война не желает ждать два с половиной месяца.

Февраль выглядит менее понятно, пока не вспомнить, что для римлян это был месяц очищения. Латинское Februarius связано с februa — очистительными и искупительными обрядами. В старой календарной логике февраль находился у конца годового цикла, поэтому разнообразные очищения перед началом нового года были вполне на месте. Происхождение самого слова februa окончательно не выяснено, но связь названия месяца именно с очистительными ритуалами считается надёжной.

После Марса начинается более туманная территория.

С апрелем — Aprilis — учёные спорят до сих пор. Очень привлекательна древняя версия, связывающая название с латинским aperire, «открывать»: весной раскрываются почки и цветы, всё выглядит логично и красиво. Возможно, даже слишком красиво. Такая этимология известна уже античным авторам, однако современные этимологи считают происхождение слова неясным. Предлагалась связь с этрусским Apru, восходящим к имени Афродиты, а также другие объяснения. Поэтому фраза «апрель означает месяц раскрывающихся цветов» годится для красивой открытки, но в серьёзном рассказе рядом придётся поставить слово «возможно».

Май, вероятнее всего, назван в честь Майи — богини, связанной с плодородием и ростом. Уже римские авторы объясняли Maius именно так. Правда, существовала и другая старинная игра с происхождением названий: май связывали с maiores, «старшими», а июнь — с iuniores, «младшими». Античные люди любили этимологию примерно так же, как современные пользователи интернета, и иногда с похожими результатами.

У июня объяснение выглядит надёжнее: латинское Iunius обычно связывают с Юноной, супругой Юпитера и одной из главных богинь римского государства. Такое толкование приводили уже античные авторы, хотя альтернативная версия с «младшими» тоже существовала.

А затем римляне внезапно прекращают фантазировать и переходят к бухгалтерии. Пятый месяц — Quintilis, от quinque, «пять». Шестой — Sextilis, от sex, «шесть». Дальше идут седьмой, восьмой, девятый и десятый. Система простая, удобная и совершенно лишённая поэзии.

Но именно два первых числовых названия не пережили римскую политику. В 44 году до н. э. Quintilis, месяц рождения Юлия Цезаря, получил название Iulius. В 8 году до н. э. Sextilis превратился в Augustus в честь Августа. После этого никто уже не решился исправить сентябрь с декабрём и привести их названия в соответствие с новыми порядковыми номерами.

Юлий Цезарь тем временем действительно радикально переделал сам календарь. Его реформа 46 года до н. э. создала юлианскую систему с солнечным годом приблизительно в 365¼ суток и регулярным високосным днём. Однако Цезарь не изобрёл знакомые нам названия месяцев с нуля. Он унаследовал старую римскую конструкцию вместе со всеми её историческими слоями, несостыковками и религиозными следами. Поэтому современный календарь по устройству гораздо моложе собственных названий.

Через христианскую и европейскую календарную традицию латинские названия распространились по огромной территории. Они лежат в основе английских January и February, немецких Januar и Februar, французских janvier и février, испанских enero и febrero и русских января и февраля. При этом некоторые славянские языки сохранили или создали собственные сезонные названия: украинский квітень, польский listopad, чешский leden. Русский в основном пошёл по общеевропейскому латинскому пути.

Поэтому календарь на стене — довольно странный исторический документ. В нём сидят бог дверей Янус, очистительные обряды, Марс, загадочный апрель, Майя, Юнона, Юлий Цезарь и Август, а в конце сохранилась старая нумерация давно перестроенного года.

И каждый раз, когда наступает сентябрь, мы совершенно спокойно называем девятый месяц «седьмым». Римский календарь ошибается уже больше двух тысяч лет, и исправлять его, похоже, никто не собирается.